Православные храмы

Храм великомученика Георгия Победоносца (на Водогоне)

Первая служба совершена 26 марта/8 апреля 2001 г. Храм расположен в…

Часовня преподобного Нестора Летописца (университет права НАН Украины)

Строительство и освящение часовни стало результатом совместных усилий…

Храм равноапостольной Марии Магдалины (у Золотых ворот)

В Киеве существовало 3 храма в честь св. Марии Магдалины: на Шулявке…

Публикации

Исторический путь православной Иверии. История Грузинской Православной Церкви

На протяжении всей своей истории Грузия вела борьбу с захватчиками, которые…

И стали называться они христианами... История Антиохийской Православной Церкви

“Что для Вселенской Церкви важнее Антиохии? Она — глава, в случае здравия…

Похвала за растрату или за благоразумие? Исторический аспект притчи о неверном управителе

В Евангелии притчи Христовы занимают особое место. Само слово “притча” в…

Святитель Василий Великий учит верующих христиан исповедовать свои грехи «пред теми, кому вверено домостроительство Тайн Божиих...» «И кающиеся древле, — говорит он, — делали сие пред святыми. Ибо в Евангелии написано, что исповедовали грехи своя Крестителю Иоанну (Мф. 3, 6), и в Деяниях — апостолам, которыми и крещены были все» (Деян. 19, 18).

От апостольских времен Церковь Христова несет учение о Таинстве Покаяния, призывая каждого верующего к исповеданию своих грехов перед епископом или священником. В Древней Церкви исповедь могла быть публичной или тайной. Разрешение от грехов на исповеди всегда сопровождалось молитвой ее совершителя. Низведение на человека благодати Божией вспомоществовало кающемуся в исправлении его жизни. Врачевательному действию исповеди в значительной мере способствовало слово назидания со стороны исповедающего лица, предшествуя, а часто и завершая исповедь христианина.

Книга «Постановления апостольские» (окончательная редакция V в.) свидетельствует об обязанности епископа вразумлять согрешивших и оплакавших свой грех принимать в общение верных.

Устав совершения исповеди, усвояемый святителю Иоанну Постнику, патриарху Константинопольскому (VI в.), предписывал епископу и пресвитеру совершать не только предысповедную молитву совместно с кающимся, но и предысповедное поучение. Молитвой и наставлением они готовили сердце кающегося к исповеданию своих грехов без стыда и смущения и убеждали на примерах Священного Писания в Божественном установлении исповеди.

Чинопоследование исповеди во все времена способствовало возвышению духа кающегося человека к подвигу веры. Священник и кающийся через благодатную полноту этого чина вступают в жизнь веры, познают волю Божию о них.

Священник — служитель Божий в Церкви. Ему вверена благодатная власть учить людей Правде Небесного Царства. Она находит свое выражение в «слове Божием» (Лк. 4, 4), исходящем из уст проповедующего, ибо только слова Священного Писания имеют силу проникать в сознание людей «до разделения души и духа» (Евр. 4, 12) и побуждают думать и жить в соответствии с Откровением Божиим.

Напоминая слова Писания в предысповедном увещании, священник помогает кающемуся приобрести внутреннюю предрасположенность к искоренению грехов и созиданию добродетельной жизни.

Предысповедное слово священника необходимо верующим «для возрастания в духовной жизни» (1 Петр. 2, 1—10). Слово священника несет совершающим покаянное делание дух Откровения Божия, воспринятый иереем из Священного Писания. В Церкви установилось издревле, чтобы молитвословия и песнопения были как бы сотканы из слов и речений Священного Писания. Действуя ими на кающегося, пастырь низводит в его душу «благоухание познания о Христе» (2 Кор. 2, 14) и просвещает его «разум, который от этого изменяется изменением Божественным».

Чтобы власть, полученную от Бога, священник с достоинством употребил при совершении исповеди, ему надлежит вникать в существо евангельского благовестия и поверять свою совесть светом Христовой истины. Углубление в Евангелие открывает в священнике высший разум, воспитывает дух самого пастыря, дабы он был восприимчив к чистоте и святости христианской жизни, хранит его от обманчивой красивости безответственных речей и слов.

Чтение Священного Писания созидает молитвенный дух священника, побуждая его дерзновенно ходатайствовать пред Господом о согрешивших. Старец иеросхимонах Парфений Киевский (†1855 г.) рассказывал о себе: «Однажды в продолжение сорока дней читал я Евангелие о спасении одной благотворившей мне души, и вот вижу во сне поле, покрытое терниями. Внезапно спадает огонь с Небес, попаляет терние, покрывающее поле, и поле становится чистым. Недоумевая об этом видении, я слышу голос: «Терние, покрывающее поле — грехи благотворившей тебе души; огнь, попаливший его, — слово Божие, тобою за нее читаемое".

Чтение Евангелия не только дает священнику силу содействовать искоренению грехов кающихся, но и умудряет его помочь исповеднику обрести Христа, чтобы он мог жить единением с Ним. «Христос, — говорит священномученик Петр Дамаскин (VIII в.), — сокровен в Евангелии. Желающий найти Христа может найти Его в Евангелии».

Святитель Игнатий Брянчанинов, призывая верующих к жизни по заповедям Божиим, убеждает их дорожить каждым словом Святого Евангелия, ибо в нем таится созидающая сила благодатной жизни. Пренебрежение им ведет к смерти. Принося свое покаянное усердие, кающийся должен вознести ко Господу молитву, чтобы Он отверз его ум к пониманию Закона Божия. Необходимо смирить ум и успокоиь мятущиеся чувства, ибо «Евангелие допускает к себе одних смиренных».

Истинами Священного Писания священник обличает в кающемся мрак грехолюбия и суетности. Свету Христовой истины, напоминаемой на исповеди священником, внимает совесть кающегося. Собираемые воедино вниманием человека слова Евангелия созидают в душе такую жизненную среду, из которой черпаются силы для духовного возрождения. Подобно произрастанию из семени, когда растение питается поначалу элементами, содержащимися в самом же семени, покаянное делание христианина зачинается, зреет и приносит плод благодатной силой Божественного Откровения, воспринятого душой человека. В результате покаяние христианина завершается преодолением привязанности к греховным привычкам и страстям.

При совершении исповеди в храме и священник, и кающийся переживают особую Богочеловеческую действительность церковной жизни. Кающийся воспаряет к жизни Неба, восходит к Царству Света. А оно нисходит долу, к кающимся, изливает на них свое святое содержание. В результате жизнь человека наполняется Небесным Светом.

Таинство, — пишет священник Павел Флоренский, — определяется сознанием через свое обрамление, через свой обряд: невидимое, оно посредством обряда намечается, обрядом указуетея... Таинство выше своего обряда, находится на другом иерархическом плане». Относя эти слова к Таинству Покаяния, совершаемому в наших православных храмах ежедневно, можно сказать, что чинопоследование исповеди указует на Таинство, им оно намечается. Совокупность его священнодействий так организует внутреннюю жизнь верующих, что дух каждого из них устремляется к Небесным воспарениям и готов бывает воспринять семя слова Божия.

Вместе со словами Божиими приходит в священные минуты исповеди откровение о Небесной жизни, доступной людям в Церкви. Имея исток вне мира земного, благодатная жизнь Неба не растворяется, не растекается в нем и с ним не отождествляется — она присутствует среди тех, кто участвует в Таинстве. Ее могут воспринять и действительно воспринимают и священник, и кающийся христианин. Соучаствуя в этой Небесной благодатной жизни, они имеют возможность постигать смысл церковности, когда предстоят пред Богом, и Он пребывает посреди них. «Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф. 18, 20). Они — реально в Теле Христовом, они прикасаются к жизни оправданий Божиих, взывая: «Благословен еси, Господи, научи мя оправданием Твоим» (Пс. 118, 12). Богооткровенное учение научает действовать в согласии с Церковью. И священник от имени Церкви в момент примирения и соединения с нею напоминает покаявшемуся истины о Триипостасном Боге, Творце и Промыслителе мира, о человеке, о Божием благоволении восстановить впадшего во грех человека, о домостроительстве спасения людей Единородным Сыном Божиим и другие, чтобы полюбил человек Бога и Его святые заповеди.

Вместе со словом благовестия — духоносным и духодвижным, — подведем итог словами епископа Феофана Затворника, — приходит ко внутреннему человеку Дух Божий и возбуждает его внимание. Внимающий, принимая через слова представление за представлением, видит наконец в чем дело и что требуется от него». При содействии благодати ему далее предстоит решить, согласен ли он с этим требованием слова Божия. При принятии решения Дух благодати как бы отстраняется, чтобы человек сам сделал свободный выбор. Но когда внутри изречется согласие, то оно закрепляется в существе души благодатью. При этом все слышанное из ума, где оно собрано вниманием, переходит в сердце и закрепляется в нем. Это первое и начальное писание. В нем программа новой, духовной жизни. Требования ее исходят отсюда же, но осознаются и принимаются не вдруг, ибо христианство — жизнь, а не теория. Изрекающий свое согласие принять ее принимает и обязательство жить по-христиански. Эти требования жизни входят в сознание и принимаются совестью в закон. Это уже новый процесс внутренней жизни — по Духу. Дух благодати при участии священника помогает яснее понять требуемое и вновь отступает, чтобы свобода человека сама непринужденно изрекла согласие на это. Когда изречется согласие, Дух благодати все осознанное о христианской жизни вновь вводит в совесть и сердце. В этом и обнаруживаются заповеди закона жизни во Христе Иисусе — это второе писание. Оно из Таинства, как непрестающий поток духовной жизни, распространится на всю жизнь. Им-то и будет изживаться в человеке «закон греха, противоборствующий закону ума» (Рим. 7, 23), просвещенного духом Писания.

Покаянное делание христиан, таким образом, сопряжено с благодатным изменением самой человеческой природы, когда слово Божие — Священное Писание, воспринятое в сердце, на деле становится «полезным для научения, обличения и исправления жизни» (2 Тим.З, 16).

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

ukrline.com.ua Mu Rambler's Top100 ya.ts ya.me