Православные храмы

Храм благоверного князя Ярослава Мудрого на Березняках

Строительство храма святого благоверного князя Ярослава Мудрого на…

Храм апостола и Евангелиста Луки (в отделе медобеспечения ГУВД в Киеве)

С конца 90-х годов на территории Института нейрохирургии Национальной…

Храм святителя Николая Мирликийского (в детском доме «Малятко»)

Детский дом «Малятко» около 10 лет духовно окормлялся до постройки…

Публикации

Можем ли мы помочь усопшим родственникам?

Есть особые дни в году, когда вся Церковь с благоговением и любовью молитвенно…

Святитель Савва Сербский

По его имени сербы зовут свою Церковь Святосав­вской. Первый глава…

Семейные конфликты

Создавая семью, мы исполняем Божию заповедь: “Оставит человек отца своего и…

1000-letНедавно прошедшие в Киеве торжества переносят нас мысленно не только на 1020 лет назад, но и в сравнительно недалекий 1988 год. Отмечаемый тогда юбилей 1000-летия Крещения Руси словно пробудил от духовного сна общество, изменил судьбы многих людей, которые сегодня даже не могут представить себе жизнь без веры в Бога. Какими запомнились торжества 1988 года для тех, кто пережил гонения на Церковь и сохранил свою верность, и для тех, кто тогда только-только приходил к вере? Об этом — небольшая подборка воспоминаний.

 

Архимандрит Поликарп (Линенко), насельник Киево-Печерской Лавры:

— Мои впечатления о 1000-летии Крещения Руси — это впечатления 17-летнего юноши.

В Киеве подготовка к празднованию ощущалась, в частности, в том, что велись разговоры о возможном открытии в дни торжеств Киево-Печерской Лавры. Чтобы ограничить количество участников празднеств, раздавали пригласительные билеты на торжественные богослужения и праздничные мероприятия. Потом оказалось, что билетов очень много, даже фальшивки появились, и на обратной стороне пропусков начали ставить специальный штамп — в общем, подготовка была серьезной.

В то время я пел на клиросе во Владимирском соборе. Помню, как мы силами нашего клироса готовили праздничные песнопения.

Торжества в Киеве открылись 14 июня собранием в Киевском оперном театре. Тогда я впервые увидел священников, идущих по улице в рясах. Это было непривычно и вызывало величайшее восхищение.

В тот же день вечером во Владимирском соборе было совершено торжественное всенощное бдение, за которым пел приехавший из Одессы хор семинаристов. Я впервые услышал в храме мужской хор (до этого за богослужением слышал лишь смешанные хоры).

15 июня во Владимирском соборе была совершена Божественная литургия, которую возглавлял ныне покойный Блаженнейший Патриарх Иерусалимский Диодор. Помню, у него был очень красивый бархатный саккос — красный, шитый золотом.

А наиболее запомнившиеся мне торжества прошли 16 июня. Утром этого дня служилась Литургия в Лавре, у Дальних пещер, на специально устроенном возле Аннозачатьевской церкви помосте. Туда тоже пускали по пропускам. Когда я приехал, собралась уже тьма народу, и невозможно было пройти. И вдруг кто-то сказал, что митрополит благословил молодежь ходить с кружками и собирать пожертвования, и меня провели вперед. Но пока мы пробирались, поступило новое распоряжение: собирать пожертвования благословили монахинь. И я спрятался за хором семинаристов и созерцал эту Божественную литургию из первых рядов.

В тот же день, в полдень, на Владимирской горке, у памятника святому князю Владимиру, совершался молебен, во время которого мы пели. И когда начался молебен — полил дождь, и лил на протяжении всего молебна. У нас “поплыли” ноты (партитуры тогда писались от руки), пиджаки пришлось выкручивать. Архиереи как-то спасались под зонтами. У меня до сих пор перед глазами стоит такая картина: после молебна, когда остальные архиереи уже ушли, на помосте остался только ныне покойный владыка Палладий (в то время епископ Переяслав-Хмельницкий) с громадным зонтом, сияло солнце, с нас стекала вода, и от земли поднимался пар. Этот дождь во время молебна словно символизировал второе Крещение.

 

Игумен Лонгин (Чернуха), председатель Синодального отдела “Миссия Духовное просвещение”:

— 1000-летие, хотя и смутно, но все же представлялось грандиозной эпохальной датой, какой-то свежей струей в обществе, где мало кто знал историю своего Отечества в контексте жизни Православной Церкви. Мне тогда было 16 лет. К этому времени мое мировоззрение сформировалось на атеистических штампах и я, конечно же, не мог переживать во всей полноте радость этого празднования. Но в воздухе будто витало ощущение чего-то важного и в то же время неизвестного, предчувствие открытия чего-то нового… В связи с этим также вспоминается два случая, которые, наверное, иллюстрируют, как быстро менялось тогда общество. В январе 1988 года я был студентом-первокурсником. Помню, как нашей группе сообщили об исключении четверокурсницы за то, что, выходя замуж, она обвенчалась. Признаюсь, мы были перепуганы. А в мае того же года у нас проводили анкетирование. В одном из пунктов спрашивалось, какой знаменательный юбилей празднует страна в этом году? Через день куратор нашей группы, перепуганная, вбежала в класс со словами: “Что вы со мной делаете?!”. Оказывается, что в ответе все написали “1000-летие Крещения Руси”, и никто не написал “70-летие комсомола”. Правда, никто не пострадал.

 

Монахиня Евтропия (Бобровникова), насельница Флоровского монастыря:

— Когда праздновали 1000-летие Крещения Руси, мне было 33 года. Так получилось, что в детстве я крещена не была, хотя моих старших сестер крестили в младенчестве. В возрасте 26 лет я сознательно приняла крещение у знакомого священника, так как крещение в храме требовало обязательного предъявления паспорта и регистрации, а я в то время уже окончила институт и работала в книжном издательстве. Издательства же в то время и все, что было связано с печатью, особенно бдительно проверялись на предмет соответствия советской идеологии. За десять лет до 1000-летия Крещения Руси Отдел по идеологии при ЦК КПСС уже начал готовиться к тому, что “возможен религиозный подъем” и разработал целый ряд мероприятий “по усилению атеистической работы”. Кстати, в рамках этих мероприятий было задумано празднование в 1982 г. 1500-летия Киева, с тем, чтобы празднование 1000-летия Крещения воспринималось как очередной государственный праздник общеизвестной исторической даты. Мне кажется, тот же прием был использован перед недавним приездом в Киев Святейшего Патриарха Алексия. Само празднование помню уже не так хорошо. Помню только, что было очень много людей и что во время службы во Владимирском соборе меня удивило присутствие людей с телекамерой, так как в то время богослужения никогда не транслировались по телевидению. Отсюда первая мысль, — что это соглядатаи, поэтому я все время старалась стать так, чтобы не попасть в камеру.

 

Протоиерей Анатолий Затовский, благочинный Центрального округа г. Киева, Председатель Педагогического православного общества:

— Сегодня, с высоты двадцатилетия сравнительно свободной жизни, можно увидеть переполненные людьми храмы. Раньше большинство прихожан были пожилыми людьми, а теперь в церквах много людей среднего возраста, молодежи, детей, и это очень радует. Но в то же время трудно переоценить значение 1000-летия Крещения Руси в истории нашей земли, нашего края. Это было духовное потрясение, прозрение, которого не ожидала власть, пытавшаяся всеми силами держать Церковь под контролем.

Вспомним слова Никиты Сергеевича Хрущева, обещавшего в 1980 г. показать по телевидению “последнего попа”. 1980-й год миновал, а Церковь продолжала жить. Следует отметить, что пробуждение началось не в 1988 г., а 12-тью годами ранее, а именно в 1976 г. Я вспоминаю, как в этом году поступал в Московскую духовную академию, ректором которой был нынешний Предстоятель УПЦ Блаженнейший Митрополит Владимир, в то время архиепископ Дмитровский. До 1976 г. в академию принимали только 30 человек на стационар и 30 человек на заочное отделение, и это на весь Советский Союз. Духовенства катастрофически не хватало: один священник на два-три прихода, а там, где священник умирал, храм закрывали. Таким образом власть хотела, чтобы Церковь просто перестала существовать. Но нашему владыке Владимиру удалось убедить власть в том, что Церкви нужны новые кадры. В 1976 г. на стационар было зачислено 90 человек и 104 — на заочное отделение, среди которых 30 человек с высшим образованием! Именно тогда был заложен прочный фундамент для будущей перестройки.

В 1988 г. люди увидели краткий 10-минутный репортаж по телевидению о праздновании 1000-летия Крещения Руси. Но даже этих минут было достаточно, для того чтобы каждый здравомыслящий человек задумался: 1000-летняя традиция, неиссякаемый запас нравственности и духовности, которыми проникнуты древнерусская литература, живопись, пение; уклад общественной и семейной жизни, воспринимаемый лишь через призму православной нравственности. Такая драгоценная сокровищница, накопленная веками, а я стою здесь, на обочине этой 1000-летней традиции. В этот период каждую субботу и воскресенье в храмах крестились до 30 взрослых…

Я поднял вопрос в Киевском городском совете о разрешении на крестный ход от Владимирского собора до Владимирской горки. На свою просьбу получил такой ответ: “А Вы знаете, какие убытки понесет государство, если мы перекроем дороги?”. Но я сказал, что мы можем пройти по тротуару. В конечном итоге нам дали разрешение провести крестный ход, и это событие было очень важным и незабываемым!

Власти всячески пыталась ограничить празднование, но это было всенародное торжество, в котором приняли участие: Патриарх Иерусалимский и всей Палестины Диодор, Патриарх Румынский Феоктист, Патриарх Болгарский Максим, Архиепископ Кипрский Хризостом.

В это время снимался фильм “Этюды о Врубеле”, главную роль в котором играл актер Эдишер Георгобиани, а режиссером был Леонид Осыка. По сценарию фильм начинался со строительства Владимирского собора в 80-х гг. XIX в., а заканчивался — празднованием 1000-летия Крещения Руси. Накануне празднований Владимир Сика подошел ко мне и спросил, в котором часу начнется крестный ход — он хотел снять его для своего фильма. Я ответил, что крестный ход должен начаться примерно в 12 часов. Именно на это время он заказал вертолет, который кружил над Владимирским собором, ожидая крестного хода. Но в это время в соборе Предстоятели Поместных Церквей торжественно поздравляли духовенство и мирян Русской Православной Церкви с юбилеем, и поэтому крестный ход задерживался. Поскольку режиссер не имел специального разрешения на съемку с воздуха, местная власть заставила вертолет совершить посадку, а где-то спустя 5–10 минут после этого начался крестный ход.

Празднование 1000-летия Крещения Руси было великим торжеством, пробудившим сознание людей в СССР, и в Украине в частности.

 

Архимандрит Нестор (Соменок), профессор Киевской духовной академии:

— Вспоминая события, связанные с 1000-летием Крещения Руси, хотел бы начать с 1969 г. В этом году праздновалось 1000-летие со дня смерти великой княгини Ольги. В то время я иногда посещал Владимирский собор.Накануне празднования в соборе служил выдающийся иерарх, общественный, государственный и религиозный деятель митрополит Никодим (Ротов). Он возглавлял литию, а всенощное бдение и Литургию в день памяти великой княгини Ольги служил Патриарх Александрийский и всей Африки Николай VI. Княгиня Ольга — это корень русской духовности, русской святости. Недаром при Крещении она получила имя Елена — в память равноапостольной царицы Елены, матери императора Константина.

Еще хотелось бы остановиться на следующих моментах. С начала 80-х годов велась подготовка к празднованию 1000-летия Крещения Руси. Была создана юбилейная комиссия и прошли три международные конференции, одну из которых я помню до сих пор, потому что она проходила в моем родном городе Киеве. Это была церковно-историческая конференция в 1986 г. В 1987 г. в Москве состоялась вторая конференция, посвященная духовности. На ней выступили многие выдающиеся иерархи, например, митрополит Сурожский Антоний (Блум). Он говорил об Иисусовой молитве и вообще о духовности, старчестве, о том, каким должен быть духовник. Третья конференция проходила в Ленинграде и была посвящена литургическому богословию, культуре, искусству. Кроме того, и священники, например, знаменитый отец Александр Мень, выступали с докладами, проводили лекции, а по телевидению очень часто выступал митрополит Волоколамский Питирим — доктор богословия, профессор Московской духовной академии и выдающийся иерарх Русской Православной Церкви.

Не только телевидение, но и газеты, журналы (помню, я выписывал тогда газету “Советская культура”, потом она называлась просто “Культура”), часто говорили о нравственности, о том, что религиозность есть вектор бытия.

В 1988 г., перед празднованием 1000-летия Крещения Руси, был принят новый Устав Русской Православной Церкви. Это было, конечно, важное, значимое событие. Кроме того, юбилейный Поместный Собор Русской Православной Церкви принял важные документы о причислении к лику святых благоверного великого князя Димитрия Донского, преподобных Андрея Рублева, Максима Грека, Паисия Величковского, святителя Макария, митрополита Московского и всея Руси, блаженной Ксении Петербургской, святителя Игнатия Брянчанинова, преподобного Амвросия, старца Оптинского, святителя Феофана, Затворника Вышенского.

1000-летие Крещения Руси важно для нас именно в религиозно-нравственном и духовном отношении. Недаром правительство, видя духовное возрождение, пошло на уступки Церкви: сначала Русской Православной Церкви возвратили знаменитый Данилов монастырь, а потом, в 1988 г., была возжена лампада на Дальних пещерах Киево-Печерской Лавры, где была совершена Литургия с представителями некоторых Поместных Церквей. Возрождение монашеской жизни, возрождение духовности — это возвращение к истокам, потому что древние монастыри были центрами культуры, просвещения и литературы.

Нашу реку Днепр называют русским Иорданом, а Киев — новым Иерусалимом. Но для того, чтобы быть достойными таких высоких названий, мы должны стремиться к духовному совершенствованию. А в этом помогает только наша каноническая Церковь. Церковь — это не просто здание, это наша Мать, о которой мы должны заботиться. В Церкви нет лидеров, в Церкви должны быть пастыри — вот это главное, в этом и заключается сила Церкви. Поэтому дай Боже, чтобы 1020-летний юбилей Крещения Руси помог осознать не только духовную важность Церкви как Тела Христова, но и свое место в Церкви — как рядовому христианину, так и священнослужителю, а особенно архиерею. Видному русскому историку В. О. Ключевскому, которого я люблю перечитывать, принадлежит прекрасное высказывание о том, что Церковь действует на особом поприще, отличном от поля деятельности государства: “У нее своя территория — это верующая совесть, своя политика — оборона этой совести от греховных влечений, но воспитуя верующих для грядущего града, она постепенно обновляет и перестраивает и град, зде пребывающий… ”.

1988–2008 гг.! Двадцать лет — время созревания и вхождения в активную жизнь целого поколения, а по сравнению с вечностью, — это всего лишь один миг.

За это время произошло много разных событий, как в жизни общества, страны и семьи, так и в жизни Церкви, христианства, Православия…

Возьмем, к примеру, наш город Киев. За эти последние двадцать лет произошло не только качественное поступательное движение в области духа, церковности, религиозной свободы, но и в сфере церковного милосердия, увеличения архиерейских кафедр, храмостроительства, церковного книгопечатания…

В 1989 г. была открыта Киевская духовная семинария, а в 1992 г. — Киевская духовная академия. Однако произошли и невосполнимые потери в жизни стольного града, когда ушли в мир иной такие церковные священнослужители и духоносные старцы, как, например, митрофорные протоиереи и заслуженные молитвенники-отцы Георгий Едлинский (†1988) и Николай Фадеев (†1989). Но жизнь жительствует, а смерть соседствует, подчиняясь законам земного бытия. Однако, устремив свои взоры на Пастыреначальника Христа, Который есть Путь, Истина и Жизнь, будем совершать свой христианский подвиг в страхе и Любви Божией.

Будем помнить, верить и надеяться, что милостью Божией Господь сохранит Свою Церковь и верных чад ее.

 

Михаил Литвиненко, регент Митрополичьего художественного хора Киево-Печерской Лавры, заслуженный деятель искусств Украины:

— Есть такая украинская поговорка: “І кози ситі, і сіно ціле”. Она вполне отражала отношение государства к празднованию 1000-летия Крещения Руси. Торжества организовывались так, чтобы как меньше все это выходило на улицу, чтобы все это проходило, скажем так, камерно.

В 1988 году я был регентом митрополичьего хора Владимирского кафедрального собора, и священноначалие распорядилось укрепить и расширить хор, чтобы в его состав входило не менее 50 человек. Но в то же время мы не имели права взять в хор ни одного студента из консерватории, ни одного молодого человека.

Еще одна красноречивая деталь: на торжественном собрании по случаю 1000-летия Крещения Руси в Киевском оперном театре мы выступали за полупрозрачной тканью — чтобы сидящие в зале не узнали своих знакомых или сотрудников из театра или филармонии. Просто боялись и были уверены, что обязательно последует наказание… Несмотря на то, что был перестроечный период, политика компартии по отношению к Церкви во многом оставалась прежней. Леонид Кравчук (в 1988 году — заведующий идеологическим отделом ЦК КПУ — Ред.) дал четкое указание: не допускать крестных ходов, приуроченных к празднованию массовых акций и т. п.

Конечно, мы, православные христиане, восприняли празднование 1000-летия Крещения Руси как торжественное, незабываемое событие. Для меня лично было большой радостью то, что я дожил до этого празднования. Но все же это событие — в отличие от торжеств по случаю 1020-летия Крещения Руси — на мой взгляд, было событием только внутрицерковным.

 

Василий Горбаль, народный депутат:

— 1000-летие Крещения Руси запомнилось мне не только и не столько празднованием (ведь праздновали тогда, главным образом, не миряне, а церковнослужители), сколько большой картиной-иконой, которую написал отец. Картина так и называлась — “Крещение Руси”, и работал над ней отец около десяти лет, все она не давалась, а в канун праздника он засел за работу и завершил ее буквально за месяц. Такое вот маленькое чудо!.. Масштабно же праздник Крещения Руси в Украине не отмечали. По всей стране висели плакаты, но главные события разворачивались не на улицах, а в храмах, где почитали память князя Владимира.

 

Петр Порошенко, председатель Совета Национального банка Украины:

— В 1988 году, когда в атеистическом государстве православные праздновали тысячелетие Крещения Руси, я впервые осознанно вошел в храм Божий, сквозь кольца комсомольских оперативных отрядов, через ряды дружинников, старательно записывающих фамилии тех, кто крестился на паперти. Пожалуй, тогда-то впервые почувствовал, что у каждого своя дорога к Богу, что к Нему не идут толпами, и вместе с тем, что вера объединяет людей. И я бы хотел, чтобы празднование 1020-летия Крещения Руси не просто напомнило нам о единстве славянских народов, а объединило бы политически расколотую Украину.

 

Лилия Подкопаева, чемпионка Олимпийских игр по спортивной гимнастике:

— Когда праздновали 1000-летие Крещения Руси, мне было 10 лет и я в составе сборной Украины по спортивной гимнастике тренировалась на олимпийской базе в Конча-Заспе. О религии я тогда серьезно не задумывалась, больше внимания уделяла своему физическому развитию, а о духовном заботились моя мама и бабушка. Меня водили в церковь, перед соревнованиями заказывали молебны о здравии... А вот сейчас я в составе комитета по подготовке празднования 1020-летия Крещения Руси активно поддерживаю этот праздник. После ухода из большого спорта я начала больше задумываться о духовном.

 

Надежда Луценко, пенсионерка:

— На 1000-летие Крещения Руси я ходила в церковь. Тогда в Украине немногие отмечали религиозные праздники, такого размаха, как сейчас, не было. Иногда о праздниках люди даже не знали. Во времена правления Брежнева, Хрущева и Сталина властям удалось серьезно подорвать религиозные устои общества. Люди просто боялись открыто ходить в церковь, молиться, говорить о вере и о Боге. Я, например, родилась в православной семье, но всю свою жизнь под давлением пропаганды была на распутье. Сейчас очень радуюсь, что празднуют юбилей Крещения Руси. Такие даты — это еще один повод собраться семьей, прийти в церковь, попросить благословения, исповедаться.

 

Елена Головина, журналист, ответственный секретарь “Церковной православной газеты”:

— 20 лет назад, когда праздновалось 1000-летие Киевской Руси, я была уже достаточно взрослым человеком, однако неверующим. Что, впрочем, не мешало мне по дороге в университет заходить во Владимирский собор — благо, он расположен в двух шагах — и время от времени ставить свечки, особенно перед трудными экзаменами. В самые дни празднования я работала на комбинате печати “Радянська Україна” (сейчас — ДП “Преса України”), и это событие в среде журналистов и печатников, конечно же, обсуждалось. Подробностей проведения мероприятий я не знала, но, услышав о богослужении во Владимирском соборе, почему-то очень захотела туда пойти. Предложила сослуживцам. На меня недоуменно посмотрели, мол, что там делать? Почему-то стало неловко, я осталась на работе и только вечером сама подъехала к собору. Ничего я, конечно, не увидела. Но — удивительно! — мне стало стыдно из-за своего малодушия тогда, утром, и всю дорогу домой я очень жалела, что так и не решилась поехать. Самое удивительно, что я всегда считала себя атеисткой. А осознанная вера пришла гораздо позже, когда я совершенно точно поняла, что Бог есть...

 

Лев Кудрявцев, писатель-киевовед:

— Для меня торжества в честь 1000-летия Крещения Руси начались утром 15 июня 1988 г., когда, по приглашению и пропуску, полученным на работе после долгих уговоров и обещания отработать затраченное время, я с сослуживцем отправился к Владимирскому кафедральному собору на бульвар Тараса Шевченко.

За оградой на внутренней территории храма и снаружи ее скопились десятки тысяч людей. Во всех проходах и со стороны центрального входа в два ряда стояла милиция и солидные мужчины в темных костюмах. Чтобы попасть внутрь Владимирского собора, многие люди, как рассказывали, пришли сюда еще в 3 часа ночи. Все пространство у собора со стороны улиц Леонтовича и Ивана Франко было сплошь заполнено людьми. Литургию возглавлял тогдашний Экзарх Украины — Митрополит Киевский и Галицкий Филарет (Денисенко). И вот из храма под звон колоколов начали выходить церковные иерархи, облаченные в золотые архиерейские ризы, в сопровождении священников, монахов и прихожан. На моих глазах начался торжественный крестный ход.

На следующий день, 16 июня 1988 г., праздничные мероприятия с 9 часов утра проходили на площади у Аннозачатьевского храма Дальних пещер Киево-Печерской Лавры. От входа на территорию Лавры и до Дальних пещер стояло шесть, а то и семь кордонов милиции. Верующие заполнили территорию, прилегающую к храму — на площадке, на ступеньках лестницы, ведущей к храму Рождества Богородицы и древнему монастырскому некрополю. Корреспонденты и фоторепортеры делали съемки с крыш.

Накануне, на небольшой площадке перед храмом был оборудован навес с покрытым коврами настилом и скамьями. В центре установили престол. Вскоре вся Лавра наполнилась призывным и гулким перезвоном колоколов Великой колокольни. Божественная литургия длилась около двух часов. Когда запели “Отче наш”, то присутствующие среди почетных гостей римские кардиналы поднялись со скамей. После богослужения все поздравляли друг друга с великим праздником.

На следующий день состоялся крестный ход на Владимирскую горку, к памятнику Крестителю Руси. А начавшийся ливень был принят как второе крещение в древнем Киеве.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

ukrline.com.ua Mu Rambler's Top100 ya.ts ya.me