Православные храмы

Храм святителя Димитрия Ростовского и равноапостольных Константина и Елены (на Подоле)

Памятник архитектуры позднего барокко. Перестроена в XIX в.,…

Храм святителя Луки Крымского (при Центре эндокринной хирургии)

19 ноября 2013 года по благословению Блаженнейшего Мирополита…

Храм преподобного Агапита Печерского (прихода иконы Божией Матери «Всецарица» на Троещине)

Деревянный храм в честь преподобного Агапита Печерского принадлежит…

Публикации

Спасается ли человек одною верою или верою и делами?

Никогда этот спор, бессмысленность которого слишком очевидна пред светом…

Православная Церковь о Воскресении Христа

Воскресение Господа Иисуса Христа — это истина и тот фундамент, на котором…

Конференция в Брюсселе

20–22 сентября 2006 г. в Брюсселе проходила третья встреча представителей…

Semja“Зачем плодить нищету?” — обычно так спрашивают знакомые или родственники у отцов и матерей многодетных семей. Эти жестокие слова оборвали не одну человеческую жизнь: только за прошлый год в Украине было сделано 200 тыс. абортов. Немало книг и статей написано о том, что прерывать беременность преступно, однако в обществе до сих пор бытует мнение: если в семье много детей, значит мало денег и много проблем. Корреспондент “Церковной православной газеты” побывал в гостях в трех многодетных семьях, чтобы проверить, так ли несчастны эти семьи, как думают некоторые? Удается ли отцам зарабатывать на пропитание, а матерям — выглядеть молодыми и красивыми? Оказалось, все не так плохо…


Радости и трудности многодетных

Главу семейства Могильных — протоиерея Николая — я встречаю на автомойке — он заехал помыть свой новый микроавтобус. У отца Николая — семеро детей, и восьмиместного фольксвагена (подарок прихожан) как раз хватает для семьи. Попетляв по улочкам киевского пригорода Коцюбинское, мы подъезжаем к его дому. В прихожую выбегают дети — встретить папу. Сразу же возникает впечатление, что их много, хотя это еще не все. Чуть дальше, на кухне две девушки, судя по всему, старшие дочери, моют посуду. Но когда мы туда заходим, оказывается, что посуду моет мама, а дочка ей помогает. Матушка Виктория вытирает руки и приглашает всех в гостиную, где накрыт ужин. Глядя на нее, трудно поверить, что она — мать семерых детей. Стройная молодая женщина, на лице — ни единой морщинки, фигура — как у чемпионки мира по художественной гимнастике. Так же легко, как гимнастка, она ходит, точнее, летает по дому. “Это я лысею с каждым новым ребенком, а жена только молодеет”, — смеется отец Николай.

Легкость матушки объясняется просто. С третьего класса школы родители отдали ее в балетное училище — девочке очень нравилось танцевать. Получалось у нее это настолько естественно, что прозвище “Вика-балерина” закрепилось за будущей матушкой надолго. 15-летней девушкой ее пригласили во Францию — выступать с Парижской молодежной балетной труппой. За полтора года учебы и гастролей она объездила полмира — Германия, Китай, Аргентина, Гон Конг, Карибские острова, не говоря уже о престижных сценах Франции. Но жить заграницей долго она не смогла — вернулась в Киев. Духовные поиски привели ее в церковь, где она встретила своего будущего мужа — молодого семинариста Колю.

Дети в семье Могильных появлялись почти каждый год — сейчас их уже семеро, правда, с явным перевесом в пользу женщин — пять дочерей и два сына.

В одной из детских послышался плач, матушка Вика поднимается и “перелетает” в спальню, где спит младшая дочь. С мамой вместе идет трехлетняя Ева. “Аноцка моя!” — Ева еще плохо выговаривает некоторые буквы, но ее никто пока не поправляет. Она стоит у детской кроватки и любуется своей младшей сестричкой — трехмесячной Анечкой, которую она называет “Аноцка”. Ева трогает сестричку за ножки, Анечка в ответ улыбается.

— Раньше Ева была младшим ребенком в семье, и ей мы уделяли больше внимания. А вот теперь самая младшая — Аня. Но ревности у “бывшей младшей” из-за этого нет, — говорит отец Николай. Он рассказывает о своих детях, при этом умудряется одновременно попросить жену приготовить чай, поручить старшему сыну накормить собаку и полюбоваться новым приобретением Сонечки — морской свинкой. Вернее, это кажется, что все это он делает одновременно, на самом деле никакой спешки нет. Просто вся семья отца Николая своей многочисленностью производит впечатление некоего отдельного мира, живущего своей насыщенной жизнью. И жизнь эта настолько богаче и интереснее жизни обычных семей, что один час у них в гостях пролетает, как одна минута. Кто-то из детей помогает маме готовить, кто-то играет в “догонялки”, отец семейства показывает мне детские комнаты под дружные комментарии детей. Пока мы беседуем с отцом Николаем о трудностях и радостях семейной жизни, то один, то другой ребенок подбегает и что-то спрашивает, рассказывает или показывает игрушку. Отец Николай иногда выслушивает ребенка, иногда вежливо говорит, что занят — беседует с дядей. Реакция у детей одинаково спокойная — здесь никто ни на кого не обижается.

Семья Могильных похожа на детский сад. Только воспитатели здесь намного добрее, а дети намного послушней. И если бы у нас в стране делали социальные рекламные ролики про многодетность, то эта семья для такой рекламы идеальна: пять дочерей и два сына, юная жена-красавица, которая, даже после седьмых родов, не выглядит старше 20-ти лет, добродушный папа, которого слушаются дети, хотя он при этом никогда не повышает голоса. В атмосфере этого семейного рая извечный вопрос всех сомневающихся “зачем плодить нищету” кажется неуместным. Однако вопрос этот все-таки приходится задать, хотя бы для того, чтобы ответить тем, кто его задает.

— Я не считаю нас голодранцами, — отец Николай нисколько не обижается. Он священник, и по роду своей деятельности ему много раз приходилось выслушивать подобные сентенции. — Нам Бог давал детей, давал и на детей, — говорит он.

Ему трудно возразить — семья живет в просторном доме в пригороде Киева, в доме — отличный ремонт, большая комната с камином, отдельные детские комнаты. Каждый год вся семья ездит на море на собственном микроавтобусе. Но секрет благополучия — не в огромных заработках отца семейства: маленький приход отца Николая обеспечивает ему доходы меньше прожиточного минимума. Все материальные блага этой большой семьи — это подарки родственников, прихожан, просто добрых людей.

Сказать, что эта семья не знает проблем, было бы преувеличением. Одной из дочерей сразу после рождения делали полное переливание крови — у отца Николая с матушкой Викой конфликт групп крови, и поэтому жизни ребенка угрожала опасность. А пару лет назад священник поломал ногу и вдобавок заразился в больнице гепатитом. Это был самый тяжелый период в жизни “Николаева ковчега”. Дом требовал срочного ремонта, крыша протекала, пришлось переехать на квартиру к прихожанам и ютится всей семьей в одной комнате. “Меня показывали студентам-медикам как типичного больного гепатитом, — вспоминает трудные дни батюшка. — Потом знакомый священник привез мне икону святого Нектария Эгинского, я помолился, и через день выздоровел. Лечащий врач была настолько поражена результатами анализов, что стала ходить в нашу церковь, хотя до этого была атеисткой”. Отец Николай рассказывает о чудесах как о чем-то естественном. Ему к чудесам не привыкать. Недавно  трехлетняя Ева упала с лестницы, ведущей на второй этаж, и даже не ушиблась. А во время эпидемии гриппа он окропил дом святой водой — и ни один ребенок не заболел.

 

Трудности преодолимы

Многодетность — редкое теперь в Украине явление. Согласно официальной социологической терминологии всякая семья, имеющая троих или больше детей, считается многодетной. А таких в стране только 396 тысяч, или 2,9 % всего количества семей.

Семья священника Иоанна Тронько — одна из этих немногих. У него с женой Александрой четверо детей. Младшей дочке нет и года, она спокойно спит. Но трое сыновей — Серафим, Тимофей и Николай — не дают скучать никому — ни папе, ни маме, ни родственникам, которые часто приезжают в гости. Первым на пороге нас встречает трехлетний Николаша — он стоит в дверях, с машинкой в руках, но без трусов. Босой, на холодном полу.

— Николаша, быстро в дом, не стой на пороге, — матушку Александру больше пугает не то, что он ходит полуодетым, а то, что он вышел на порог в холодный октябрьский вечер.

— Они у нас все ходят босые, и никто не заболевает, наоборот, закаляются, — матушка только что вернулась с родительского собрания и наводит в доме порядок.

Жена священника Иоанна Тронько — Александра по образованию архитектор. Она проектирует и получается у нее это неплохо. По крайней мере, так считают ее коллеги. Но, проработав какое-то время, Александра вышла замуж и стала заниматься детьми. И пока старшие не подросли, отказывалась от всех предложений по работе. Теперь, когда старших можно отвести в школу или садик, а с младшими посидят родственники, она ездит на работу, проектирует, встречается с заказчиками, с конструкторами. “Это не совсем женская работа — нужно не только уметь рисовать, но и делать множество расчетов. Архитектор соединяет в себе и техническую и гуманитарную сферы”, — говорит Александра.

Как у всякого художника, у нее утонченное чувство прекрасного, поэтому она всегда со вкусом одета и следит за собой. “Мать должна быть примером для детей во всем, ведь для мальчиков мать — это образ будущей жены, а для девочек — образ их самих”, — говорит она. Матушка успевает не только накормить детей или научить их молитвам. “То, как одевается мать, воспитывает вкус детей. И если человеку с детства привили хороший вкус в одежде, то потом у него будет потребность  красиво одеваться и выглядеть прилично”, — считает она. Матушка не только художник, она еще и поет в церковном хоре. И заботы о семье не мешают ей заниматься работой и оставаться привлекательной.

Поговорить с матушкой сразу не получается — она уходит кормить детей. Об их семье рассказывает отец Иоанн.

— Когда у нас было двое детей, я был диаконом, и было очень трудно с материальной точки зрения, — вспоминает он. В эти годы батюшка собирал и чинил компьютеры и тем зарабатывал на жизнь. Потом они продали квартиру в Киеве и купили дом в пригороде  столицы, год спустя сделали ремонт второго этажа. Теперь места хватает всем. Но нельзя сказать, что Бог помогает многодетным семьям, как правительство: родил ребенка — получил деньги. Во всех трех семьях, где мы побывали, квартиры, машины и прочие материальные блага появлялись очень постепенно, и практически каждая семья прошла через какой-то период финансовых трудностей. Однако счастья в этих семьях от этого не убавилось. Может, именно потому, что все свои проблемы эти семьи не считали непреодолимыми, с надеждой смотрели в будущее, и Господь помогал им. Отцу Иоанну 32 года, еще пять лет назад он собирал компьютеры на заказ, а сейчас сидит перед своим рабочим столом, на котором и компьютер, и матушкин ноутбук, и показывает семейные фотографии. Сыновья залазят то на папу, то на гостя-корреспондента, и, перебивая друг друга, вспоминают, где и когда были сделаны фотографии: “А это бабушка Нина”, “А это я!” — судя по интонациям, Тимофей с Серафимом готовы рассказать более подробно, когда, кем и по какому случаю были сделаны те или иные фотографии, как они отдыхали на море или еще что-то, но папа им не разрешает. Он пришел поздно, и времени до того, как детей нужно укладывать спать, осталось очень мало. Увидев, что рассказать про фотографии не удастся, старший — Серафим — начинает прыгать с папиной кровати. Это вызывает строгую реакцию отца семейства

— Серафим, перестань! — отец Иоанн вспоминает, как год назад сын поломал ногу, как раз после прыжка с кровати. Серафим предложил младшему брату залезть на второй этаж двухъярусной кровати и посоревноваться — кто дальше прыгнет. Старший выиграл, но месяц после этого лежал в гипсе.

 

Благообразно и по чину

Святой Иоанн Златоуст в одной из своих проповедей назвал семью “таинственным изображением церкви”. В пересказах более поздних толкователей фраза изменилась: “семья — малая церковь”. Сергей и Домна Мотуз воплощают эти слова в своей жизни: в доме много икон, дети знают молитвы и участвуют в богослужениях, кто пономарем, а кто учится петь в хоре. “Ты еси Бог, творяй чудеса” — семилетний Вова разучивает на фортепиано великий рождественский прокимен. Делает он это самостоятельно, его никто не заставлял, конфет не обещал, наказанием не грозил.

Собираясь в церковь, Домна всегда одевает их очень красиво — как на праздник: у мальчиков — чистые выглаженные рубашки, у девочек — изящные платья. Детей трудно научить чистоте душевной, не приучив заранее к внешней аккуратности и опрятной одежде. Ведь это дисциплинирует и детей и родителей, а дисциплина очень нужна и в духовной жизни. Недаром апостол Павел призывает: все у вас да будет благообразно и по чину. Именно так — благообразно и по чину Домна строит семейную жизнь. Ее имя переводится с латинского как “госпожа”, или “хозяйка”, и очень подходит к ее характеру. Как настоящая госпожа она организовывает семейный быт. Твердость ее характера, умиротворенность души служат примером для детей. Они невольно перенимают все лучшее, что есть у матери, и негласных семейных правил придерживаются так же, как Домна — правил христианской жизни. Впрочем, любовь к дисциплине в их семье сочетается с рассудительностью. Уставшего ребенка никто не заставляет читать вечерние молитвы, а укладывают спать. И во время богослужения, если ребенку скучно, папа выводит его на улицу — погулять, а потом возвращается в церковь. “Когда дети маленькие, они еще не могут понимать, что происходит в храме”, — говорит отец семейства. Именно благодаря такой педагогической рассудительности дети, подрастая, сохраняют, искреннюю любовь к храму и богослужению. Двое старших сыновей уже пономарят в церкви.

Но христианский характер этой семьи выражается не только в участии в богослужении. 11-летняя Маричка, старшая сестра, — настоящая мамина помощница — и посуду помоет, и полы подметет, и младших воспитывает. А 6-летняя Оля — самая активная в семье. Сначала она проводит экскурсию по дому, потом показывает семейные фотографии. При этом она называет имена всех детей, запечатленных на них, даже тех, которые родились раньше ее и которых она в младенчестве видеть не могла. Почти каждый год или полтора в семье Мотуз появляется новый ребенок — это добавляет новых хлопот, но приносит и новые радости. “Трудно сказать, что является главной радостью, — говорит отец семейства. — Ребенок родился — это главный праздник, прорезался первый зуб, сделал первый шаг, сказал первое слово, научился читать, научился кататься на велосипеде — это тоже все радость!”

Мама Диана, или по-церковному — Домна, в отличие от большинства современных матерей, которые спешат побыстрее отдать ребенка в детсад и заниматься карьерой, учит детей сама. Оказывается, это намного эффективнее — дети дома усваивают школьный материал легче и быстрее, чем за школьной партой. Раз в полгода они ходят сдавать экзамены в обычную школу. Правда, когда старшие подросли, от домашнего обучения пришлось отказаться и отдать их в школу — ведь на них просто не хватало времени. Идиотский вопрос: “зачем плодить нищету” Сергею Мотузу никогда не приходилось слышать. “Наверное, мы не выглядим нищими”, — смеется Сергей. Благодаря его трудолюбию семья смогла купить и дом недалеко от Киева, и большой джип.

Друзья и родственники воспринимают его многодетность с удивлением и досадой. “Моя мама до сих пор не может смириться. Когда рождается новый ребенок, она с надеждой спрашивает: ну это уже последний? — Я отвечаю, что не могу гарантировать”, — рассказывает Сергей. О каждой новой беременности они стараются матери до поры не сообщать. Следующего ребенка они ждут в январе…

Владислав Головин.

Фото Ольги Домбровской

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Яндекс цитирования Яндекс.Метрика Mail.ru Rambler's Top100 ukrline.com.ua