Православные храмы

Храм Воздвижения Креста Господня (на Пироговском кладбище)

В 1744 г. живший в пещере при Китаевой пустыни монах Досифей (преп.…

Храм апостола и Евангелиста Иоанна Богослова (на Позняках)

Первая служба состоялась в мае 1997 г. Богослужения проходили в…

Храм блаженной Ксении Петербургской (в 3‑й больнице Днепровсковского района)

Освящение храма и первая Литургия состоялись в день престольного…

Публикации

Скорая православная помощь

Служение ВИЧ-инфицированным, больным СПИДом,нарко-, алко- и табакозависимым

“Люби всех нас, Господи…”. Концерт на Крещатике в дни празднования 1020-летия Крещения Руси

“Идите и научите все народы”, — сказал Спаситель Своим ученикам. Теперь нужно…

“Пам’ятайте наставників ваших”

Кожного дня свята Православна Церква вшановує святих, які від віку благоугодили…

o_Kirill_GovorunВ современных условиях, при повышении уровня образованности прихожан, возникает настоятельная потребность в высокообразованных пастырях и богословах, которые смогут вести диалог с представителями всех слоев общества. Сегодня в УПЦ очень актуален вопрос реформы духовного образования. О том, какие именно изменения произойдут в богословских школах, рассказал работник Отдела внешних церковных связей УПЦ, преподаватель Киевской духовной академии, доктор философии, кандидат богословия, игумен Кирилл (Говорун).

 

— Батюшка, Вы родом с Украины, но учились и долгое время работали в других странах, были сотрудником Отдела внешних церковных связей Московской Патриархии. Что побудило Вас вернуться на родную землю?

— Прежде всего, я давно хотел вернуться на родину: я здесь родился и, конечно, находясь вдалеке от Украины, думал о том, что когда-то вернусь сюда. Наконец, с Божией помощью, это произошло. Я буду нести послушание преподавателя КДА и, как работник ОВЦС, помогать руководству духовных школ налаживать внешние отношения, развивать те международные программы, которые уже существуют, и те, которые еще нужно начинать.

 

— Какой Вы увидели Духовную академию в Киеве?

— Обновленной. Иной, по сравнению с той, которую я заканчивал больше десяти лет назад. Надо сказать, что обновление касается и фасада Академии, и ее внутреннего наполнения. Возродились стены, сделан ремонт в аудиториях. Произошли изменения и в учебном процессе: пришли новые преподаватели, появились дополнительные предметы, методы и подходы. Конечно, это только начало. Теперь мы говорим о реформе духовного образования, которая уже начала успешно проводиться в академиях России. Принята новая схема, по которой реформа воплощается в жизнь.

 

— Кстати, возможно, у Вас есть какие-либо собственные идеи относительно нововведений в учебный и воспитательный процессы?

— Существует удачный опыт реформирования духовных школ у нашего северного соседа. Я имел непосредственное отношение к этому процессу, в частности когда преподавал в Московской духовной академии и работал в ОВЦС. Реформа была утверждена Патриархом Московским, решениями Синода РПЦ, а также постановлением Архиерейского Собора, то есть всей церковной полнотой. Поэтому альтернативы реформе просто не существует. Другой вопрос — как осуществлять эту реформу. На этот счет есть разные точки зрения, но существует также определенный консенсус между преподавателями, иерархами и студентами.

Одна из главных идей реформы заключается в том, что семинария должна давать высшее богословское образование, то есть приравниваться к институтам, университетам и академиям. Она должна иметь пятилетнюю программу обучения и давать фундаментальные богословские знания, необходимые для будущего пастыря.

Академия же должна иметь научное направление и соответствовать аспирантуре. Как в светских аспирантурах преподаются специализированные предметы, так и в духовных академиях должна быть специализация. В академию как центр научно-исследовательской работы должны попадать лучшие из лучших — те, кто имеет дарование к такой деятельности. В академиях и семинариях необходимы средства, способствующие получению специальных знаний, то есть кафедры. Существует потребность в создании полноценно действующих кафедр, где развивались бы основные направления церковной науки, такие как богословие, патрология, Священное Писание, церковное право, история Церкви, предметы церковно-практического характера. Обучение в академии должно способствовать написанию студентами качественных научных работ под руководством опытных преподавателей.

 

— Какова тема Вашей научной диссертации? Что Вы будете преподавать в Киевской духовной академии?

— В КДА я защитил диссертацию в 1998 году. Она была посвящена коливадскому движению. Это очень интересный феномен в духовной жизни Греции середины XVIII века. В то время на Святой Горе Афон был поднят целый ряд вопросов: возрождение монашества, частота Причастия и другие. В контексте этого движения появилась книга “Добротолюбие” — один из самых известных трудов православной духовности. Именно деятели коливадского движения собрали тексты святых отцов для этого сборника. После Киева я учился в Афинском университете, по окончании которого поехал в Англию. В Великобритании написал докторскую работу по философии. Она была посвящена христологическим спорам в VII веке. Собственно, моя специальность — патрология, а именно — поздняя патрология. Этот предмет я и буду преподавать в Киеве.

 

— Вы имели возможность видеть разные системы богословского образования во многих странах мира, посещать многочисленные духовные школы и высшие учебные заведения. Чего, по-Вашему, не хватает в сфере богословского образования в Украине? Возможно, у нас есть какие-то преимущества?

— У нас есть преимущество — большое желание учиться. Есть множество людей, особенно молодых, желающих посвятить богословию всю свою жизнь. Но в Киеве еще не созданы все условия для реализации такого стремления молодежи.

Главное для духовных школ — это создание такой интеллектуально-духовной среды, которая могла бы предоставлять возможность молодым людям общаться, поддерживать друг друга и заниматься академической работой. Нужно, чтобы была хорошая библиотека: невозможно заниматься богословской наукой, если студенты не имеют доступа к современной литературе. Важно также, чтобы среди наставников были профессионалы, которые бы хотели, любили и умели работать со студентами. Корпорация преподавателей должна иметь опыт научно-исследовательской работы.

 

— Что такое ученый и что такое школа?

Греческое слово “схоли” — школа — происходит от глагола, означающего “ничего не делать”. Не в том смысле, что бить баклуши, а в том, что человек должен быть освобожден от забот и обязательств, для того чтобы заниматься наукой. Древние греки прекрасно понимали, что человек должен или зарабатывать на хлеб насущный, или заниматься чем-либо, что не связано с материальными благами. Поэтому в ведущих университетах создаются все условия, чтобы человек мог полноценно заниматься наукой, не думая о чем-либо другом.

 

— Согласно действующему законодательству Церковь отделена от государства. Дипломы духовных школ в нашей стране государство не признает. С документами об окончании духовной академии или семинарии сегодня почти невозможно устроиться на работу в светские учебные заведения. Так, большинство кандидатов богословия, не принявших сан, либо без работы, либо работают “не по специальности”. Что Вы думаете на этот счет?

— Это большая проблема, но она не связана с тем, что Церковь отделена от государства. Такая же ситуация и во всех западных странах, однако там это отнюдь не мешает Церкви иметь при университетах богословские факультеты, где студенты занимаются богословием и пишут работы, которые признаются государством. Поэтому даже при существующих условиях мы можем достичь того уровня, когда наши дипломы будут признаваться государством. Признание наших дипломов на государственном уровне даст двойную пользу духовным учебным заведениям. Во-первых, это будет стимулом для их развития. Во-вторых, даст нашим студентам возможность посвящать себя служению Церкви в разнообразных должностях, необязательно связанных со священническим служением. Например, в Греции человек, который закончил богословский факультет, может занимать любую государственную должность, даже в министерстве. Таким образом, используя полученные в духовной школе знания, можно нести живое свидетельство о Боге и Церкви в самые широкие круги общества.

 

— Отец Кирилл, насколько, на Ваш взгляд, реально сегодня наладить научный диалог между студентами и преподавателями духовных и светских учебных заведений? Что конкретно Вы планируете делать для этого?

— Конечно, реально. Диалог уже в какой-то мере происходит на неформальном уровне, ведь молодежь общается между собой, с преподавателями. Сотрудничество между светскими учебными заведениями и духовной академией должно стать более систематическим. Например, в МДА на защиту кандидатских диссертаций приглашают рецензентов из светских университетов. Это положительно отражается на качестве научных работ. Я лично был свидетелем таких защит. Хочу отметить, что это стимулирует студентов работать лучше, а научных руководителей заставляет ответственнее относиться к наблюдению за написанием диссертаций. Есть и другие примеры, в частности сотрудничество между Московскими духовными школами, Синодальной богословской комиссией РПЦ и Институтом философии РАН. В рамках этого сотрудничества проводятся конференции, обсуждаются вопросы, интересующие ученых и богословов. Этот опыт можно применить и у нас. Актуальным остается вопрос о возрождении богословских факультетов при наших университетах, потому что наша богословская наука должна иметь и университетскую платформу, которая у нее есть в других странах. Это тоже важное поле для сотрудничества.

 

— Вам выпала честь общаться со многими выдающимися богословами и учеными с мировым именем. Многих из них Вы знаете лично. Чего не хватает нам для того, чтобы у нас появились такие имена?

— Я еще раз хочу подчеркнуть, что нам нужна академическая научная среда. Именно академия должна стать центром научно-богословской работы. В современном мире без сотрудничества полноценно существовать невозможно. Ни один богослов не может сейчас плодотворно работать без кооперации с другими учеными. Для того чтобы “поднимать” КДА, нам нужна интеграция в сети Интернет, международные проекты, союзы академий, университетов. Уже сейчас многие в мире заинтересованы в том, чтобы развивать отношения с КДА. Это большой стимул для нашего совершенствования.

 

— Батюшка, Вы много путешествовали, бывали в паломничествах. Какой уголок мира оставил в Вашем сердце самые приятные впечатления и воспоминания?

— Не отдаю преимущества какому-либо городу или стране. Каждая по-своему уникальна, своеобразна, интересна. Везде можно найти что-то близкое, и везде хорошо по-своему, но нигде не лучше, чем на Родине.

 

— Какие воспоминания остались у Вас о студенческих годах?

— У меня сохранились наилучшие воспоминания о том времени, когда я был студентом Киевских духовных семинарии и академии. Я считаю, великим делом было то, что Киевская академия создавала определенное пространство свободы для студентов. Определенная академическая свобода должна оставаться, ибо она является предпосылкой для плодотворной научно-исследовательской работы.

Беседовал Дмитрий Гарчук

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

ukrline.com.ua Mu Rambler's Top100 ya.ts ya.me