Православные храмы

Храм Почаевской иконы Божией Матери (в больнице «Охмадет»)

В построенной до революции «Терещенковской» больнице им. цесаревича…

Преображенский храм (при пенитенциарной службе)

Решение о возведении храма при пенитенциарной службе было принято на…

Храм святителя Николая Мирликийского бывшего Иорданского монастыря (на Куреневке)

Во времена древней Руси здесь существовал монастырь, а каменный храм…

Публикации

Древній Свято-Успенський Святогорський монастир отримав статус лаври

На черговому засіданні, яке проходило 9 березня цього року у Свято-Успенській…

Под золотыми куполами. Никольский собор киевского женского Покровского монастыря

В живописном уголке Киева, на Вознесенской горе, возвышается самый большой храм…

Правда о “Свидетелях Иеговы”

Cекта “Свидетелей Иеговы” появилась в ХІХ веке и ничего общего со Святой…

Litvinenko_nagradaЖизненный путь каждого человека непрост. Путь же христианина, пережившего почти все катаклизмы XX века, — героический подвиг. Эти слова, без сомнения, можно отнести к Михаилу Семеновичу Литвиненко, регенту митрополичьего хора, отметившему 1 апреля свой восьмидесятилетний юбилей.

Родился Михаил Семенович в глубоко верующей семье. “У меня не могло быть другого пути, — вспоминает он, — я христианином родился и христианином жил”. Михаил никогда не был ни пионером, ни комсомольцем. Презрение окружающих его нисколько не смущало — он жил своей жизнью, жизнью верующего человека.

Михаил Семенович вспоминает: “Помню страшный голодомор на Полтавщине 1932–1933 годов. Помню глаза моей школьной учительницы, когда она нашла сухой бурак, слышу скрежет ее зубов, когда она пыталась грызть его, вижу, как слезы катились из ее глаз. Я хорошо помню вкус листьев лещины. Макуха же была праздничным обедом. Я думал тогда: “Откуда у людей столько злости?” Когда забирали моего деда, злобные “слуги народа” срывали узелки с семенами, подвешенные на чердаке. Из дома вынесли все. Было не на чем спать, нечем есть, не из чего напиться воды, ложки — и те забрали. Было страшно, но я никогда не терял надежду, знал — есть правда в мире”.

За отказ вступить в комсомол вместо аттестата с отличием Михаил получил аттестат с двумя тройками. Ему пришлось уйти из Киевского политехнического института из-за бесконечного давления комитета комсомола.

В 1948 г. Михаил Семенович поступил в Киевскую Духовную Семинарию, которую не успел закончить в связи с арестом в 1952 г. по обвинению в “антисоветской деятельности с использованием религиозных и национальных предрассудков”. Потом были допросы и приговор — 25 лет лагерей строгого режима вместо смертной казни. На одном из допросов Михаил Семенович ответил в лицо обвинителям: “Верил, верю и буду верить вечно и непоколебимо!”. Затем были годы лагерей и работы в страшных условиях, выжить в которых уже было чудом. После смерти Сталина срок уменьшили, появилась возможность создать концертную труппу.

В 1955 г. пришло освобождение, но, не получив “чистых документов”, Михаил Семенович был вынужден скитаться: “Это было ужасно. Я вернулся в Киев, пришел в Лавру. Наместник меня с радостью принял, но в один из вечеров, прямо на всенощном бдении, пришли двое, вывели меня из храма и заставили написать расписку о том, что я в 24 часа покину Киев. Я приехал в Одессу, там, в хоре кафедрального собора познакомился с моей будущей супругой, которая разделила со мной все тяготы жизни. На третий день после свадьбы уполномоченный опять заставил меня отбыть в течение 24 часов. Потом были Миргород, Полтава, Кременчуг, Запорожье, Харьков — и везде без регистрации. Во время визитов в Киев я обязательно приходил на службу во Владимирский собор, и однажды мне предложили работать регентом. Я сказал, что готов к работе, а через две недели получил телеграмму и, приехав в Киев, услышал: “Принимайте хор”. В 1975 г., в канун престольного праздника равноапостольного князя Владимира, я принял хор Владимирского собора”.

Семнадцать с половиной лет Михаил Семенович Литвиненко был регентом Владимирского собора — вплоть до того момента, когда бывший митрополит Филарет стал на путь раскола. “После Архиерейского Собора 1992 года, на котором митрополит Филарет обещал оставить пост Предстоятеля УПЦ, но потом не выполнил своего обещания, я не скрывал своего негативного отношения к этому, — вспоминает он. — Начало нашего разрыва произошло тогда, когда на праздник Благовещения Филарет сказал: “Никуда я не уйду”. Перед литургией на Вознесение я принял окончательное решение. Никого не предупреждая — ни хор, ни Филарета, — я спел: “И Господину нашему Блаженнейшему Владимиру, Митрополиту Киевскому и всея Украины… Многая лета!” Филарет был, конечно, в бешенстве. Затем я сказал хору: “Друзья мои, будьте здоровы, я ухожу! Если кто пожелает со мной, идемте, где-нибудь Господь приютит”.

Он ушел, и с ним — 25 хористов. Блаженнейший Владимир, к которому пришел Михаил Семенович, благословил его петь сначала в Воскресенской церкви, а затем, когда разрешили использовать для богослужений храмы Верхней Лавры, — в Трапезном храме и в Успенском соборе. Там и трудится до сих пор Михаил Семенович Литвиненко — регент митрополичьего хора.

Нелегок труд регента, но Михаил Семенович с любовью несет это послушание, продолжая проповедовать людям в песнопениях непоколебимую веру в Бога. И пусть в эти дни, когда этот поистине великий человек, исповедник нашего времени, отмечает свой восьмидесятилетний юбилей, Господь пошлет ему крепость сил для трудов на благо Матери-Церкви. Многая лета!

 М. Сергеевский

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

ukrline.com.ua Mu Rambler's Top100 ya.ts ya.me