Православные храмы

Храм преподобного Николы Святоши с нижним храмом мученика Иоанна Воина (на Лесной)

Храм возведен на территории военной части Т-0710, неподалеку от…

Храм Рождества Богородицы (на Теремках)

Освящение Креста на месте будущего храма состоялось 13/26 мая 2002…

Храм святителя Николая Мирликийского (в 17‑й больнице)

Территория, занимаемая 17‑й больницей, до революции принадлежала…
Ключ QL
Слесарный инструмент! Динамометрический Ключ цена. Опт, розница. Доставка
torquetool.ru

Публикации

Церковная продленка, или как привить детям православную культуру

В последнее время уделяется огромное внимание проблеме работы с молодежью в…

Бессмертие

Религиозное сознание воспринимает воскресение Христа прежде всего как чудо,…

“Не нарушить закон, но исполнить...” Размышления о единстве Нового и Ветхого Заветов

Ветхий и Новый Заветы есть нераздельное, непрекращающееся действие…

Справка. В основе сюжета произведения — борьба добра со злом на фоне фантастического “доисторического мира”, населяемого самыми разными существами: эльфами, волшебниками, людьми, гномами, хоббитами, орками и т. д.

Темный властитель — Саурон — стремится подчинить себе весь мир, повергнув его в хаос и насилие, уничтожив все доброе и прекрасное. Он начинает войну, но для решающей победы ему необходимо овладеть магическим кольцом, которое случайно оказывается у хоббита Фродо. Цель Фродо — не допустить, чтобы кольцом завладел Саурон или кто-либо иной (в том числе и он сам), поскольку новый хозяин неизбежно попадает под власть зла и становится очередным темным властителем. Единственное, что остается — незаметно проникнуть в самое логово Саурона и бросить кольцо в жерло горы (где оно было в свое время выковано), чтобы уничтожить его навсегда.

Мир не спасают без участия со стороны самого мира: в битву вовлечены все, но исход ее зависит от успеха или неуспеха операции Фродо. Вместе со своим спутником Сэмом он проникает к заветной горе, но не может более бороться с соблазном. В итоге кольцо падает в жерло только благодаря удачному стечению обстоятельств…

“Властелин колец” волнует умы молодежи вот уже не одного поколения. Первый шквал полемики вызвала книга. А после выхода на экраны одноименного фильма, снятого по сюжету трилогии, эти споры разгорелись вновь.

В связи с этим, не претендуя на окончательное слово в “толкиеноведении”, хочется все же поделиться некоторыми своими размышлениями о книге на правах читателя-христианина.

О том, что Толкиен как мыслитель и писатель имел ряд идей, с точки зрения христианина сомнительных, хорошо известно. Гностическая концепция сотворения мира, изложенная в “Сильмариллионе” — лишь один из примеров. Но здесь мы не беремся рассматривать все творчество Джона Рональда Руэла Толкиена, а поговорим лишь о соотношении с христианством его главного произведения.

Что есть “Властелин колец”? “Завуалированная проповедь христианства” (Мария Каменкович. “Троянский конь”) или выдумки, “пропитанные хорошо загримированным язычеством и оккультизмом” (Роман Жолудь. “Толки вокруг Толкиена”)?

Во время чтения книги обе эти крайние позиции поочередно предстают перед читателем-христианином. Для каждой из них можно найти достаточные основания в тексте. Поэтому более продуктивен, на наш взгляд, другой путь: идти от того, что в книге реально есть, а не от того, что в ней должно быть.

А реально есть и то, и другое. Ведь, с одной стороны, произведение кропотливо создавалось на протяжении многих лет человеком, искренне считавшим себя христианином. С другой стороны, ждать от западного светского писателя ХХ века стопроцентной чистоты догматических воззрений также не стоит. Так что в данной книге Толкиена равно есть и близкое христианству, и чуждое ему. Начнем с последнего.

 

Гимн Язычеству?

Первая проблема — это то, что, по сравнению с силами добра, зло в книге показано гораздо более ярко, эмоционально. По сути, оно в произведении значительно могущественнее, почти всесильное, от него некуда укрыться, а для защиты не к кому прибегнуть. Рассказывают, что друг Толкиена К. Льюис, дочитав “Властелина колец” до середины, отбросил книгу со словами: “Нельзя же так долго писать о зле!” (Впрочем, нам доводилось слышать и другую версию, согласно которой сам Толкиен, дочитав до середины “Письма Баламута” Льюиса, отбросил ее с теми же словами). По мощи и величию личности Саурону нет альтернативы в мире “Властелина колец”. А такое мировидение христианским признать сложно.

Следующая проблема — это то, что, в общем и целом, бытие всех толкиеновских существ (эльфов, гномов, людей, хоббитов и т. д.) выглядит довольно бессмысленным. Они героически сражаются (описано это подчас очень красочно и увлекательно), мечтая зажить мирной жизнью. Но сама она (жизнь) выглядит в произведении на редкость блеклой и бессмысленной, как старая выцветшая картинка на стене.

Создавая мир “до Христа”, Толкиен создал мир “без Христа”. И православному верующему погружаться в него довольно тягостно, хотя и не настолько, как в миры других фэнтезийных авторов, например, Тэда Уильямса с его прямой пародией на христианство.

 

Проповедь христианства

Переходя к выявлению во “Властелине колец” христианского миропонимания, отметим, что не будем рассматривать вообще добрые мысли или в целом положительные, но лишь те, которые однозначно можно охарактеризовать как христианские.

Прежде всего, такой является главная идея произведения: кольцо есть образ соблазна или греха; и победить зло можно лишь лично отказавшись от него. Таким образом, основная концепция трилогии, безусловно, христианская, идущая вразрез со всей фэнтезийной традицией после Толкиена. И состоит она в том, что зло никогда нельзя использовать во благо. Иначе ты попадаешь под его власть и только умножаешь общее количество зла в мире.

И если мы проследим за сюжетом, то увидим, что христианской является не только идея, но и ее развитие. Ведь Фродо так и не смог противостоять власти кольца, злу. То есть человек не в силах сам отказаться от греха. И хотя добро побеждает вроде бы как из-за удачного случая, но для человека христианской культуры (для которого, собственно, Толкиен и писал свои книги) очевидно, что случая нет, а есть Божественный Промысл. Для совсем непонятливых читателей об этом сказано в самой книге устами Гэндальфа: “Так было уготовано ему…”

Уготовано кем? Отвечая на этот вопрос, мы должны вернуться к самым первым строкам книги — ее заглавию. Кто такой Властелин колец? Кому посвящено все произведение? Очевидно, что это не Фродо, никто из мудрых и даже не Саурон. Никто из них никогда не обладал всеми волшебными кольцами. И при дальнейшем размышлении ответ остается только один: Властелином или, точнее, Господом колец является Тот, Кто обладал ими всегда, поскольку Он обладает всем, но никто и ничто не властно над Ним.

Следующий глубоко христианский момент в книге — это отношение к врагу. Ненавидимые всеми орки — это изуродованные злом эльфы, некогда прекраснейшие из существ в мире Толкиена. Сеющие ужас назгулы, в прошлом — лучшие представители человеческого рода. Оказавшиеся достойными стать кольценосцами, они не устояли перед соблазном зла и попали под власть правителя тьмы. Падший Саруман Белый был одним из мудрейших...

Толкиен учит воспринимать носителей зла сквозь призму их личной трагедии и через это подводит к единственно возможному отношению к врагу — состраданию. Несколько раз в трилогии подчеркивается мысль, что конечная победа добра стала возможной благодаря акту милосердия, который совершил хоббит Бильбо по отношению к своему врагу.

Но Толкиен не ограничивается указанием на то, что злодей имеет предысторию падения. Тот может покаяться и измениться. Самый яркий тому пример в книге — Горлум, то же — с Гримой. Но еще глубже это выражено в последнем разговоре с Саруманом, когда Фродо, останавливая друга от убийства падшего волшебника, говорит: “Нет, Сэм! Все равно убивать его не надо. И уж тем более нельзя убивать, когда он в черной злобе. Ведь он был когда-то велик, он из тех, на кого мы не смеем поднимать руку. Теперь он падший, однако же, не нам судить его: как знать, может, он еще возвеличится...”

И заслуга Толкиена именно в том, что на понятном для современного человека художественном языке он разъяснил одну из самых трудных для понимания заповедей Христа — заповедь о любви к врагам. Причем, не просто объяснил, но и раскрыл ее величие и мудрость.

Юрий Максимов

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

ukrline.com.ua Mu Rambler's Top100 ya.ts ya.me