Православные храмы

Храм святителя Николая Мирликийского (на Подоле)

Храм свт. Николая был построен в первой четверти XII в. на…

Никольский храм (Киевский следственный изолятор)

Киевский следственный изолятор - изначально, в XVIII веке - Киевская…

Храм преподобного Сергия Радонежского (на «Даче Кулиженко»)

Освящение закладки храма архиерейским чином состоялось 9 / 22 ноября…

Публикации

День третьего рождения обители. В Киево-Печерской лавре отпраздновали 20-летие возрождения монашеской жизни

22 июня, в день Всех святых, Свято-Успенская Киево-Печерская Лавра отметила…

Колдовские сети

Светлана не верила до последней минуты. Не верила, когда шла по тому адресу,…

Изучаем Священное Писание

Вышла из печати книга профессора протоиерея Виталия Косовского “Конспект лекций…

Молодые годы великих каппадокийцев, в частности свт. Василия Великого и свт. Григория Богослова, являются поучительными для православной молодежи. Обычно говорят о том, что святители обучались в Афинской Платоновской академии и знали “только две дороги: в храм и на учебу”.

Другой поучительный момент — то, что святители, несмотря на свою подвижническую жизнь, не гнушались обучению языческим премудростям, в частности, философии.

Образ жизни святителей в Платоновской академии — пример для многих молодых людей, предавших себя на служение Богу и науке. Однако такой образ жизни образует своеобразные качели, на одной стороне которых расположена аскеза, а на другой — наука. Такой жизненный уклад для многих крайне сложен.

С одной стороны, молодой человек, не имеющий достаточного аскетического опыта, подражая внешнему образу подобной жизни, может стать бесчувственным, что по учению святых отцов является прелестью и влечет за собой постепенное охлаждение к духовному содержанию и переход к чисто символическому исполнению церковных обрядов.

С другой стороны, чрезмерное увлечение науками зачастую позволяет делать извинительными многие поступки в религиозной жизни и таким образом постепенно вытеснять духовные проблемы на второй план.

На самом деле многие забывают, что святые Василий Великий и Григорий Богослов тоже были молодыми людьми, с радостями и печалями, присущими студенческой жизни.

Не стоит утверждать, что святые относились в равной степени уважительно как к религии, так и к наукам, многие из которых по-прежнему в их время преподавались профессорами-язычниками. Святой Григорий так писал об этом: “Две дороги были нам известны: одна — первая и наиболее досточестная, другая же не равного достоинства; первая вела к нашим священным храмам, вторая — к местным учителям и наставникам во внешней учености”. То есть мирские науки никогда не заслоняли собой главной цели христианина — служения Богу. Но при этом, как людям молодым, им были не чужды жизненные ситуации, присущие их кругу. Так, в частности, выходцам из Каппадокии пришлось столкнуться с таким явлением как национальная неприязнь: каппадокийский диалект греческого языка представлял своеобразный “суржик”, и обычно уроженцы тех мест подвергались в Академии насмешкам за забавное произношение. Однако, с приходом святителей, великолепно владевших риторикой и грамматикой, насмешки в адрес каппадокийцев прекратились, и более того, выходцы оттуда стали пользоваться особым уважением, как свидетельствует историк

Т. Моммзен.

Другой проблемой, с которой пришлось столкнуться святителям, было присущее многим учебным заведениям жестокое отношение к новичкам: ему вручался какой-либо предмет — шар или цилиндр, его запирали без еды и пищи на определенный срок с заданием вывести в указанное время какую-либо истину, содержащуюся в данном предмете. Когда новичка выпускали, студенты освистывали его, называя глупцом и смеясь над ним. Если новичок признавался, что ничего нового не открыл — его изгоняли, а если, несмотря на насмешки, говорил о каком-либо выводе, то такой считался прошедшим испытание и принимался в ряды учеников. Во времена каппадокийцев каждый новоприбывший должен был получить порцию издевательств и насмешек со стороны других студентов: новоприбывшего вели в баню, осыпая по дороге насмешками, когда же тот подходил к дверям, ему преграждали путь и не позволяли войти. Если он все это выдерживал, то по выходе из бани его принимали как равного: новичка облачали в малиновую мантию, которую обычно носили студенты-софисты.

Григорий, как полагает еп. Илларион (Алфеев), прошел данный ритуал приема в студенты, но когда в Академию прибыл Василий, уже известный своей ученостью, Григорий сразу встретил его как равного и убедил в этом и других студентов, чем избавил своего товарища от унижений и положил начало дружбы с Василием.

Другим поводом, послужившим к укреплению дружбы между будущими вселенскими святителями, также была студенческая традиция. Для того, чтобы сделать процесс образования более привлекательным, в Академии проводились состязания софистов, которые проходили среди преподавателей и студентов.

Однажды к Василию пришла группа студентов-армян и вызвала его на софистическое состязание, в которое вмешался и Григорий. Сначала он встал на сторону армян, однако потом, поняв, что их истинным намерением является посрамление Василия, Григорий перешел на его сторону, и вместе они выиграли состязание, “обратив их в бегство”. Этот второй случай зажег, по воспоминаниям Григория, “уже не искру, но высокий и светлый факел дружбы”. Дружба, сложившаяся в стенах Академии, была сохранена святыми на протяжении всей жизни. Никакое преуспевание в науках не превратило святителей в жестоких конкурентов, Григорий и Василий хотя и стремились быть первыми по знаниям, но не ради славы, а ради служения в будущем на духовной ниве в защите православной веры.

Еще один пример, который весьма полезен для юных христиан, живущих в современном секуляризированном обществе. В Афинах, где постоянно проходили празднества, театральные зрелища, народные собрания, пиры и спортивные игрища, оба юноши сохраняли жизнь тихую и скромную, как и подобает христианам. Св. Григорий так писал об этом: “Афины могут быть гибельными для душ других людей... Мы же, напротив, живя там, утверждались в вере, убеждаясь в обманчивости и ложности идолов”.

Так что, как видим, образ жизни юных каппадокийцев не является чем-то недоступным. Это были обыкновенные студенты, которые, живя среди мирских соблазнов и развлечений, не забывали о своем предназначении — служить своими знаниями Богу и людям, и их дальнейшая жизнь показывает, что они отлично выполнили свое предназначение.

Алексей Яланский

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

ukrline.com.ua Mu Rambler's Top100 ya.ts ya.me