Православные храмы

Храм Зачатия Иоанна Предтечи в Беличах

Деревянная церковь Зачатия Иоана Предтечи была построена в 1797 г. на…

Храмовый комплекс Архангела Михаила (в Дарнице)

В год 1000 летия Крещения Руси было принято решение о строительстве…

Вознесенская церковь на Демеевке

Приходской храм Демеевки (Голосеевский проспект, 54). Пригородное…
http://www.0762.ru
Производство лакокрасочных материалов
0762.ru

Публикации

Преображение Господне

Перед Своими Голгофскими страданиями Господу нашему Иисусу Христу необходимо…

Ко дню памяти святителя Петра Могилы. “Могилянские чтения–2008”

С 4 по 5 декабря в Национальном Киево-Печерском историко-культурном заповеднике…

Святитель Григорий Палама

Во второе воскресенье Великого поста совершается память святителя Григория…

Известный музыкант и композитор, регент Митрополичьего хора Свято-Успенской Киево-Печерской Лавры, отметивший в прошлом году 75-летие со дня рождения и 55-летие творческой деятельности, Михаил Литвиненко за выдающийся вклад в развитие церковного пения Указом Президента Украины удостоен высокого звания —“Заслуженный деятель искусств Украины”.

Человек, который пережил почти все катаклизмы XX века, пропустил их через собственную судьбу, через сердце, душу, тело и, тем не менее, сохранил радость и торжество православной веры.

Родился Михаил Семенович в сугубо верующей семье, все родственники которой пели на клиросе. Бабушка учила его молитвам, с ранних детских лет он ходил в церковь и уже учась в школе старался всеми силами держаться принципов верующего человека. “У меня другого пути и не могло быть. — Рассказывает Михаил Семенович. — Я христианином родился и христианином жил. Пионером и комсомольцем никогда не был, несмотря на то, что это было не без риска. Я был всегда презираем и попираем за это; чувствовал себя второсортным человеком. Тем не менее меня это не смущало нисколько — я жил своей жизнью. . . Первые уроки певческого хорового искусства преподал мне дедушка Филипп. Я хорошо его помню: он был необыкновенно музыкальным человеком: сначала регентом, потом священником. Мне известно о том, что в храме Христа Спасителя дедушка на Пасху читал Апостол. Это была немалая честь, потому как он обладал исключительным голосом — это был великолепный бас... Отсюда я получил импульс, желание продолжить свою жизнь в искусстве хорового пения. Меня это заполнило целиком, я почувствовал какое-то призвание в этом”.

...За отказ поступить в комсомол он, вместо аттестата с отличием и золотой медали, получил аттестат с двумя тройками, а из Киевского политехнического института ему пришлось уйти из-за бесконечного давления комитета комсомола. В 1948 году Михаил Семенович поступил в Киевскую Духовную Семинарию, а уже в 1952 году — арестован по доносу завербованного “органами” осведомителя и получил 25 лет лагерей строгого режима “взамен смертной казни”. Об этих годах Михаилу Семеновичу трудно говорить, потому что после издевательств на Лубянке и Короленко, 17, где он прямо в лицо “службистам” сказал: “Верил, верю и буду верить вечно и непоколебимо!”, последовали годы лагерей с работой по пояс в снегу, в болотах, лагерных цехах. Позже, когда после смерти Сталина срок уменьшили, появилась возможность создать концертную группу. В 1955 году пришло освобождение по отдельному указу, а не по амнистии. Не получив “чистых документов”, Михаил Семенович вынужден был скитаться, что стало, по его словам, вторым раундом его заключенческой жизни.

“Это было ужасно. Я вернулся в Киев, пришел в Лавру. Ее наместником был мой соученик по парте, он с радостью меня принял, — рассказывает композитор. — Но в один из вечеров, прямо на всенощном бдении, пришли двое, вывели меня силой, заставили написать расписку о том, что я в 24 часа покину Киев. Расписку писал в каком-то подвале. Я поехал в Одессу, где был оформлен помощником регента в кафедральный собор. Там я познакомился с певицей — моей будущей супругой, внучкой знаменитого протоиерея Трофима Лютого. Она знала наизусть все часы, все последования, которые читались в храме. На третий день свадьбы очередной оперуполномоченный опять заставил меня отбыть в 24 часа. Так я сменил несколько мест жительства, потому что не давали мне работать. Приезжаю, устраиваюсь и снова приходят ночью: “В 24 часа чтоб и духу твоего не было здесь!” Я объехал несколько городов — Миргород, Полтава, Кременчук, Запорожье, стажировался в киевской капелле “Думка”, закончил Харьковский институт культуры. Во время визитов в Киев я обязательно приходил в субботу на службу во Владимирский кафедральный собор. И однажды мне предложили работать регентом. Я сказал, что внутренне и внешне готов к этой работе: знаю церковный устав и литургику, поскольку окончил семинарию, и знаю музыку, поскольку имею высшее музыкальное образование. Через две недели получил телеграмму, приехал в Киев, а мне говорят: “Принимайте хор”. Для меня это был шок. Я долго думал, сомневался, потом решил, что, может, Господь призывает... Получилось так, что в 1975 году в канун престольного праздника равноапостольного князя Владимира я принял хор Владимирского собора... ”

— После стольких тяжких лет вы снова вернулись к регентскому служению?

— Да, и с того времени семнадцать с половиной лет я работал во Владимирском соборе, до того момента, когда бывший митрополит Филарет стал на путь раскола, после Архиерейского собора 1992 года, на котором митрополит Филарет обещал оставить пост предстоятеля УПЦ, но потом не выполнил своего обещания. Я не скрывал своего негативного отношения к этому событию. Начало нашего разрыва произошло тогда, когда на праздник Благовещения Филарет заявил: “Никуда я не уйду”. Перед литургией на Вознесение я принял окончательное решение. Я никому о нем не говорил — ни хору, ни Филарету. Я спел: “... и Господину нашему Блаженнейшему Владимиру, Митрополиту Киевскому и всея Украины... многая лета!” Филарет был, конечно, в бешенстве. Затем я говорю хору: “Друзья мои, будьте здоровы, я ухожу!” Я не знал, куда ухожу, кто меня возьмет, где я буду работать. Ничего не знал. Я сказал хористам: “Если кто пожелает со мной, идемте. Где-нибудь Господь приютит”. Я ушел и со мною ушло 25 хористов.

После того я пошел к нашему Блаженнейшему. Он благословил нас петь в Воскресенской церкви и только спустя два или три года нам разрешили на правах аренды использовать для богослужения Трапезный храм верхней Лавры. Там я работаю и до сих пор.

— Раскол — это открытая рана на теле Церкви, очень болезненный вопрос. Какие могут быть, по вашему мнению, пути преодоления раскола?

— Я думаю, самым реальным путем в этом направлении была бы отмена Верховной Радой постановления о признании УПЦ-КП, которое не имеет юридической силы, но имеет силу для наших комитетчиков по делам Православной Церкви при кабинете министров. Объединение Филарета было зарегистрировано на основании того постановления. Украинский Собор решил, что объединение нелегитимно, а Верховная Рада регистрирует это объединение как отдельную конфессию. Вторым актом может быть возобновление протеста Генпрокуратуры (еще 1993 года), говорящего, что это незаконное объединение и признавать его нельзя. Есть также обращение нескольких депутатов нашей Верховной Рады к президенту. Есть второй протест Генпрокуратуры, уже 2002 года. Он мог бы вступить в силу после отмены постановления Верховной Рады. Дело было бы передано в суд, а суд решил бы в нашу пользу, потому что там все ясно и понятно. Решение суда дальше попало бы в исполнительские инстанции... Я думаю, в основе расколов лежат больше политические, чем церковные принципы. Ведь канонических расхождений у нас практически нет. Тот же Филарет использует наши богослужебные книги и каноны. Он не отвергает ничего из этого. Там есть еще причины — национализм и деньги.

— Расскажите о собственных церковных произведениях, когда Вы начали их писать?

— Собственную церковную музыку я начал писать именно в период служения во Владимирском соборе. Дело в том, что у некоторых признанных мастеров церковного пения мое назначение сразу на столь почетную должность вызывало удивление, а наличие авторских произведений — это один из признаков профессионала в регентском деле. Вот и приходилось оправдывать свое звание. Некоторые из моих произведений были не только с удовольствием восприняты хором, но и получили распространение в СССР. Это миниатюра “Исполла эти деспота”, о которой хорошо отозвался Козловский, а совсем недавно я получил отзыв о ней от Владимира, Митрополита Санкт-Петербургского, в котором он, в частности, сказал: “Ваше произведение невозможно слушать без слез...” Еще могу назвать “Величит душа моя Господа ”, которое исполнялось за рубежом, “Свят Господь Бог наш”, “Трисвятое”. Но мне хотелось бы не самому о них рассказывать, а услышать впечатления других, впечатления людей, которые ходят в храм, поскольку самому давать себе оценку невозможно. Услышать не для того, чтобы меня похвалили, а чтобы определить ориентиры в работе, совершенствовать ее. Ведь музыка имеет огромное значение для человека, она настолько благотворно может повлиять, особенно на впервые ее услышавшего прихожанина, что может привести его к вере. Это несомненно.

— А как Вы, после всего пережитого, смотрите в будущее?

— Как христианин — я оптимист, но с большими оговорками. Тенденции, которые наблюдаются в светской и церковной жизни — а государственная жизнь неразрывно связана с церковной, — вызывают тревогу. Нас так отравила раковая опухоль расколов. Я не понимаю, почему люди не хотят вдумчиво отнестись к нашей церковной истории и оценить благо единства нашей Православной Церкви. Ее центр был однажды перенесен в Москву — подальше от напора католиков. Вот и все. И нашу Украинскую Православную Церковь я бы назвал Православной Церковью в Украине, ибо Православие не имеет национальных оттенков — оно везде остается Православием. А пока мы думаем об автокефалии, страну продолжает раздирать униатство, как раздирало и века тому назад. Для чего Богдан Хмельницкий заключал договор с Москвой? Чтобы защитить Православие в Украине! И если будет автокефалия — появятся те епархии, которые не воспримут эту идею и окажутся в экзархате Патриарха Московского. Что тогда будет? Новое разделение? Просто руки опускаются... Очень все вокруг запутано и сложно. Поэтому и предписано каждому человеку в Православии: трудись в том гнездышке, где Господь повелел, а все остальное предоставь Богу управить.

— Ваше пожелание читателям газеты?

— Прежде всего хочется повторить известные слова: “Русь святая, храни веру Православную... ” Ничего более важного для человека нет. Без веры жизнь человеческая не имеет смысла.

Подготовила Елена ГОЛОВИНА

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Яндекс цитирования Яндекс.Метрика Mail.ru Rambler's Top100 ukrline.com.ua